Лесные рейнджеры проигрывают битву на Филиппинах
Алекс Лесбер, отец пятерых детей, патрулирует один из важнейших филиппинских лесов с дешёвым пистолетом и воспоминаниями о пасторе, застреленном у него на глазах.
Лесбер — один из всего 2000 плохо оплачиваемых рейнджеров, пытающихся остановить то, что само правительство признаёт «масштабными» незаконными вырубками по всей стране. Их работа в исчезающих лесах становится всё опаснее.
По данным министерства охраны окружающей среды, с момента введения правительством в 2010 году общенационального запрета на вырубку леса были убиты 20 его коллег. Этот шаг заставил и без того теневых торговцев древесиной перейти к более агрессивной тактике.
«Всегда есть вероятность, что кто-то из нас пострадает на работе. Мы арестовываем людей, поэтому, естественно, они нас ненавидят», — заявил 49-летний Лесбер во время патрулирования леса Ангет, одного из основных водосборных бассейнов для дамб Манилы.
Ставки для Филиппин, тропической страны Юго-Восточной Азии с более чем 7000 островов, высоки: за последнее столетие она потеряла более половины лесного покрова.
Осталось всего 7,6 млн гектаров леса, которые охраняют такие люди, как Лесбер.
По словам министра охраны окружающей среды Раммона Пахе, филиппинские лесные рейнджеры недофинансированы, уступают в численности и крайне уязвимы.
«Борьба с незаконными вырубками должна считаться военной операцией, а не регуляторной. Мы хотим видеть армию на передовой, а не наших рейнджеров», — заявил он недавно журналистам.
По словам экоактивистов, одна из проблем рейнджеров в том, что в лесной промышленности часто замешаны коррумпированные государственные чиновники.
Это часть более широкой проблемы на Филиппинах, когда низкооплачиваемых местных чиновников или силовиков вовлекают в прибыльный, но незаконный бизнес.
Президент Бенигно Акино неоднократно заявлял, что коррупция в правительстве и обществе в целом — главная проблема страны.
Пахе сообщил, что как минимум восемь городских мэров по всей стране находятся под следствием по подозрению в покровительстве нелегальным лесорубам.
Из небольшой базы в городе Норзагарай, в трёх часах езды к северу от Манилы, Лесбер и другие рейнджеры Ангета выезжают на разбитом пикапе в лес на патрулирование, которое может длиться до недели.
Всего восемь рейнджеров пытаются защитить 21 000 гектаров леса, которые служат водосбором почти для всей водопроводной воды столицы Филиппин и близлежащих районов, где живут 15 миллионов человек.
Помимо вырубки, рейнджерам приходится бороться с тем, что они называют ещё более серьёзной угрозой — подсечно-огневыми земледельцами.
Лесбер заявил, что рейнджеры регулярно получают угрозы убийством и предложения взяток, хотя он настаивает, что они ничего не берут, несмотря на зарплату всего в 11 000 песо ($260) в месяц.
Лесбер сказал, что рейнджеры тщательно выбирают, с кем бороться, чтобы избежать самых опасных ситуаций, как правило, избегая конфликтов с подсечно-огневыми земледельцами, потому что это отчаявшиеся люди, готовые защищать свой источник существования.
«Если они не наносят обширного ущерба, мы оставляем их в покое. Я знаю, что они не поколеблются убить меня, если я буду применять закон буквально», — сказал он.
Но из-за такой тактики, по словам Лесбера, рейнджеры в последние годы беспомощно наблюдали, как тысячи мигрантов поселились в водосборной зоне, расчищая ценные леса под фермы.
Аресты нелегальных лесорубов также редки: рейнджеры предпочитают конфисковывать древесину, оставленную на земле, и выполнять мониторинговые функции.
Лесбер, который носит на работе куртку в военном стиле, джинсы и резиновую обувь, сказал, что на патрулировании носит собственный пистолет, но этого недостаточно.
«Я хочу, чтобы правительство выдало нам оружие. Это уменьшило бы неравные шансы против нас», — сказал Лесбер.
Самый страшный момент для Лесбера наступил в 2003 году, когда он и другие рейнджеры видели, как трое вооружённых мужчин, предположительно работавших на нелегальных лесорубов, вытащили проповедника из его часовни, а затем закололи и застрелили его на улице.
По его словам, проповедник только что предупредил рейнджеров о незаконных вырубках в этом районе.
По словам Лесбера и в министерстве охраны окружающей среды, за это убийство никто не был арестован, несмотря на то, что группу солдат также видели на месте преступления.
Но для Филиппин это не редкость.
Правозащитные группы заявляют, что в стране царит жестокая «культура безнаказанности», когда политики, бизнесмены и другие влиятельные лица чувствуют себя вправе убивать любого, кто стоит на их пути, будучи уверенными, что их не поймают.
По словам пресс-секретаря министерства охраны окружающей среды Мариссы Крус, в отношении 19 из 20 рейнджеров, убитых за последние три года, никто не был привлечён к ответственности.
В 20-м случае убийства — женщины-рейнджера, застреленной в своём офисе, — был обвинён только стрелок, а заказчики остались на свободе.
Неправительственная организация «Каликасан» (Природа) задокументировала ещё 54 убийства экоактивистов с 2001 года, 18 из которых произошли с момента прихода к власти президента Бенигно Акино в 2010 году. В этот подсчёт не входят рейнджеры.
По словам национального координатора группы Клементе Баутисты, большинство жертв работали над разоблачением незаконной добычи полезных ископаемых.
Он заявил, что охранник горнодобывающей компании стал единственным человеком, привлечённым к ответственности за любое из 54 убийств, поскольку местные чиновники или полиция, участвующие в горнодобывающей деятельности, обычно обеспечивают, чтобы убийства оставались нераскрытыми.
«Правительство ничего не делает, чтобы привлечь виновных к ответственности», — заявил Баутиста.
«Но мы не должны позволять себя запугивать. Это единственный способ обнародовать то, что происходит».