Новый перевязочный материал останавливает кровь и не прилипает к ране
Ученые из ETH Zurich и Национального университета Сингапура создали новый перевязочный материал, который способствует свертыванию крови и не прилипает к ране. Это первый случай, когда оба этих свойства удалось объединить в одном материале.
Исследователи разрабатывали супергидрофобные покрытия (очень хорошо отталкивающие жидкости, как тефлон) для устройств, контактирующих с кровью (например, аппаратов искусственного кровообращения). В ходе испытаний один из материалов проявил неожиданные свойства: он не только отталкивал кровь, но и ускорял процесс ее свертывания. Это сделало его непригодным для целевого применения, но идеальным для повязок.
Почему это важно:
- Отталкивание крови: повязка не пропитывается кровью и не прилипает к ране, что позволяет снимать ее, не вызывая повторного кровотечения.
- Ускорение свертывания: помогает остановить кровотечение как можно быстрее.
- До сих пор не существовало материалов, сочетающих оба этих свойства.
Создание и свойства материала
Исследователи взяли обычную марлю и покрыли ее новым материалом — смесью силикона и углеродных нановолокон.
Результаты испытаний:
- В лаборатории: кровь в контакте с покрытой марлей свертывалась всего за несколько минут. Точный механизм этого эффекта (вероятно, из-за взаимодействия с углеродными нановолокнами) требует дальнейшего изучения.
- Антибактериальный эффект: бактериям трудно прикрепиться к поверхности материала.
- На животных: испытания на крысах подтвердили эффективность новой повязки.
Преимущества и перспективы
Главное преимущество — возможность менять повязку, не травмируя рану заново. Это критически важно для снижения риска инфекций, в том числе опасными внутрибольничными микробами.
Области применения обширны: от экстренной медицины и хирургии (для предотвращения больших кровопотерь) до обычных пластырей для домашнего использования.
Ученые уже подали заявку на патент. Перед применением на людях материал необходимо оптимизировать и провести дополнительные испытания: сначала на более крупных животных, а затем клинические.
