Удивительное разнообразие старения в природе
Исследователи из Университета Южной Дании пришли к выводу, что в природе феномен старения демонстрирует неожиданное разнообразие паттернов. Ослабление с возрастом — не закон природы.
Учёные изучили старение у 46 различных видов, включая млекопитающих, растения, грибы и водоросли. Они обнаружили огромное разнообразие в том, как организмы стареют:
- Ослабевают с возрастом — люди, другие млекопитающие, птицы, дафнии.
- Становятся сильнее с возрастом — пустынный гофер (Gopherus agassizii), белое мангровое дерево (Avicennia marina).
- Не подвержены старению — пресноводный полип гидра (Hydra magnipapillata), для которого в лабораторных условиях характерна постоянная низкая смертность.
«Экстраполяция лабораторных данных показывает, что даже через 1400 лет пять процентов популяции гидры, содержащейся в этих условиях, будут ещё живы», — говорит эволюционный биолог Оуэн Джонс, ведущий автор статьи в журнале Nature.
Многие виды демонстрируют незначительное изменение смертности на протяжении жизни, например: рододендрон (Rhododendron maximum), большая синица (Parus major), рак-отшельник (Pagurus longicarpus), ящерица живородящая (Lacerta vivapara), мухоловка-белошейка (Ficedula albicollis), водоросль ламинария (Laminaria digitata).
Плодовитость также демонстрирует большое разнообразие:
- Концентрированный период — люди, косатки, шимпанзе, серны (Rupicapra rupicapra), перепелятник (Accipiter nisus).
- Увеличивается с возрастом — растения, такие как агава (Agave marmorata).
- Ранняя и кратковременная — нематода Caenorhabditis elegans.
Нет сильной корреляции между паттернами старения и типичной продолжительностью жизни вида. Виды могут иметь растущую смертность и при этом жить долго, или иметь снижающуюся смертность, но жить недолго.
«Не имеет смысла рассматривать старение, основываясь на том, какого возраста может достичь вид. Вместо этого интереснее определять старение на основе формы кривых смертности: увеличиваются ли показатели, уменьшаются или остаются постоянными с возрастом», — заключает Оуэн Джонс.
