Способность терпеть врагов влияет на коэволюцию

Когда жертву атакует враг, у неё обычно есть два варианта: остаться и сражаться или бежать. Исследователи из Лундского университета собрали и обсудили примеры из животного мира, где жертва использует третью возможность.

«Жертва может позволить врагу остаться и вместо этого попытаться жить с последствиями», — объясняет Эрик Свенссон, профессор экологии животных.

Существует множество примеров «коэволюции», когда враг и жертва влияют на развитие друг друга в тесном взаимодействии. Классический пример — гнездовой паразитизм кукушки. Большая пестрая кукушка откладывает яйца в гнездо сороки, которая выкармливает её птенцов. Сорока может сопротивляться, пытаясь распознать и выбросить чужое яйцо. Однако есть риск случайно выбросить своё яйцо. Кроме того, сороки, отвергающие яйца кукушки, чаще рискуют, что их гнездо разрушат взрослые кукушки. Есть свидетельства, что сороки, живущие рядом с кукушками, компенсируют это, откладывая больше яиц, чем сороки в областях без кукушек. Эта тактика защиты классифицируется как толерантность, а не сопротивление.

Исследования на стрекозах показали, что отношения «враг-жертва» могут возникать и внутри одного вида. После спаривания самки стрекоз подвергаются постоянным попыткам спаривания и преследованиям со стороны других самцов, что снижает количество откладываемых яиц. Однако некоторые самки развили более высокую толерантность к этому преследованию, что позволяет им частично смягчать негативные последствия для яйцекладки.

Эксперименты на мышах, заражённых малярией, показали, что разные линии мышей болели не в одинаковой степени, несмотря на одинаковое количество паразитов в организме. Таким образом, толерантность может проявляться в том, насколько чувствительна жертва к врагу.

«Это новый взгляд на эволюцию взаимодействий "враг-жертва" у животных. Роль толерантности в таких взаимодействиях ранее обсуждалась в основном в контексте мира растений. Мы считаем, что толерантность может быть как минимум столь же важна, как и сопротивление, в коэволюции животных между врагами и их жертвами», — говорит Эрик Свенссон.