Новое исследование: зонирование неэффективно для сохранения зимних местообитаний оленей
Согласно новому исследованию Университета Мэна, защита лишь узко определённых зон зимних местообитаний не является эффективным средством регионального сохранения среды обитания для белохвостого оленя.
Исследование показало, что зонирование не является эффективной стратегией сохранения дикой природы, если использование земель на окружающей территории не регулируется. Защита среды обитания, ограниченная узкими Зонами охраны дикой природы (P-FWs), оказалась неэффективной.
Исследование «Неэффективность местного зонирования для сокращения региональной потери и фрагментации зимних местообитаний белохвостого оленя» возглавила Эрин Саймонс-Легар, доцент-исследователь в области моделирования лесных ландшафтов. Оно опубликовано в журнале Forest Ecology and Management.
Когда зимние условия ограничивают подвижность и доступ к предпочитаемому корму, белохвостым оленям необходимы зимние местообитания. Олени часто выбирают зимние районы на основе характеристик окружающего леса, поэтому исследователи изучали пространственное расположение лесных массивов вокруг зон P-FWs.
Целями исследования были «продемонстрировать, как знания о взаимоотношениях дикой природы и среды обитания могут быть объединены с дистанционным зондированием для мониторинга эффективности законов и нормативных актов по сохранению среды обитания на частных и коммерчески управляемых землях и, в частности, оценить эффективность правил землепользования штата Мэн по сохранению зрелого хвойного леса как среды обитания для оленей».
Используя карты лесозаготовок, документирующие изменения ландшафта с 1975 по 2007 год, исследователи оценили влияние вырубки леса на зрелый лес в районе исследования. Этот район включал около 36% зимних местообитаний оленей, зонированных штатом Мэн в неорганизованных тауншипах. Территории, защищённые для зимовки оленей, составляют 2% лесных земель в районе исследования.
Исследователи обнаружили, что зонирование было эффективным для защиты зимних местообитаний внутри зонированных районов, но «защитные меры зонирования, которые были направлены исключительно на основные зоны использования, мало способствовали сокращению фрагментации или поддержанию связности местообитаний в масштабах всего региона в северном Мэне».
На более крупных ландшафтах, прилегающих к зонам P-FWs, последствия вырубки для размера и связности участков зрелого хвойного леса, а также изменения в составе леса были значительными. Это ускорило темпы фрагментации среды обитания и снизило её будущий потенциал в защищённых районах. Менее 1% зрелого хвойного леса в районе исследования находилось в участках, считающихся достаточно большими, чтобы поддерживать популяцию оленей в будущие зимы.
Команда определила потерю зрелого хвойного леса как основной ограничивающий фактор в усилиях по увеличению численности оленей в северном, западном и восточном Мэне.
«Наши результаты позволяют предположить, что северный Мэн теряет потенциал для будущего замещения жизнеспособных районов для зимовки оленей», — говорят исследователи. Значительные темпы потери и фрагментации, задокументированные в исследовании, показывают, что «стратегии сохранения среды обитания, которые полагаются на резерваты и игнорируют влияние землепользования на промежуточные земли, могут быть неэффективными».
В исследовании подчёркивается, что для понимания долгосрочных преимуществ зонирования в сохранении среды обитания диких животных необходим мониторинг. Дистанционное зондирование может стать способом преодоления трудностей мониторинга защищённых лесных территорий.