Исчезающий арктический лед угрожает пищевым источникам самок и детенышей моржей

Новое исследование показывает, что исчезающий морской лед является важным элементом пищевой сети, поддерживающей самок моржей и их детенышей в Чукотском море. Ученые смогли проследить уникальные биомаркеры водорослей, растущих во льду, чтобы связать морских млекопитающих с пищевым ресурсом, который быстро сокращается из-за изменения климата.

«Это исследование дополняет нашу работу в Беринговом и Чукотском морях, показывая, что эти индикаторы ледовых водорослей и фитопланктона можно использовать для мониторинга реакции экосистемы на исчезновение льда», — говорит ведущий автор Челси Кох из Университета Мэриленда.

Морская экосистема тихоокеанской Арктики у Аляски адаптирована к использованию богатых жирами ресурсов, происходящих от биологической продуктивности в морском льду. Цветение ледовых водорослей приводит к импульсу высококачественной пищи на морское дно. Это, в свою очередь, поддерживает высокую численность моллюсков и других донных организмов — и много пищи для моржей.

Однако потеря сезонного льда угрожает тихоокеанским моржам, особенно в том, как они используют лед для отдыха и доступа к богатым кормовым отмелям. В последние годы из-за исчезновения льда у Аляски тысячи моржей выходят на берег в конце лета, вдали от самых продуктивных моллюсковых банок. Массовые скопления также увеличивают риск смертельных давок.

Исследователи ожидали увидеть более высокие сигнатуры ледовых водорослей у моржей из Чукотского моря, исходя из миграционных путей самок и молодняка. Однако результаты из северной части Берингова моря оказались более сложными и согласовались с традиционными знаниями местных охотников с острова Святого Лаврентия.

«Одним из интересных открытий было то, что эти биомаркеры морского льда были стабильно выше у самок моржей в северной части Берингова моря по сравнению с самцами. Эти маркеры недолговечны в печени моржа — порядка дней или недель. Поэтому мы знаем, что этот повышенный сигнал у самок — не накопление с прошлогоднего путешествия в Чукотское море», — поясняет Челси Кох.

Это свидетельствует о том, что пищевое поведение самок отличается от поведения самцов в зимние и весенние месяцы в Беринговом море.

Исследование проводилось в сотрудничестве с партнерами на Аляске, включая ученых из Университета Кларка и Шотландской ассоциации морских наук. Образцы из Берингова моря были предоставлены Музеем Севера Университета Аляски, который получил их от общинных охотников. Образцы из Чукотского моря собраны Управлением по охране дикой природы Норт-Слоуп.

Соавтор доктор Рафаэла Штиммайр подчеркивает: «Без поддержки охотников и программ мониторинга общинного промысла такие важные исследования были бы невозможны».