Шимпанзе используют специальный «набор инструментов» для охоты на кочевых муравьёв

Западноафриканские шимпанзе могут далеко ходить в поисках кустарника Alchornea hirtella, чьи прямые побеги служат идеальными инструментами для изобретательной охоты на агрессивных кочевых муравьёв.

Растение предоставляет два типа орудий: более толстый побег для «раскапывания» и более тонкий — для «погружения».

Обнаружив колонию муравьёв, шимпанзе раскапывают гнездо первым инструментом, провоцируя насекомых. Затем они погружают второй инструмент в гнездо, и разозлённые муравьи взбираются по нему. Когда тонкий побег покрывается муравьями, шимпанзе вытаскивают его и проводят пальцами по поверхности, собирая насекомых в пригоршню, которую затем отправляют в рот.

Ранее считалось, что этот метод — «погружение за муравьями» — используется обезьянами в крайнем случае, когда нет предпочитаемых фруктов. Однако новое исследование, основанное на более чем 10 годах данных, показывает, что кочевые муравьи — постоянный элемент в рационе шимпанзе, их едят круглый год независимо от наличия фруктов. Исследователи предполагают, что муравьи могут быть важным источником необходимых питательных веществ, недоступных в обычной диете, а также источником белков и жиров.

Исследование, опубликованное в American Journal of Primatology, возглавила доктор Кателийн Купс из Кембриджского университета.

«Погружение за муравьями — замечательное проявление способности шимпанзе решать проблемы. Если бы они пытались собирать муравьёв с земли руками, их бы жестоко покусали, а результат был бы мизерным. Но используя набор инструментов, охота на этих социальных насекомых может быть столь же питательно выгодна, как и охота на небольшое млекопитающее — это солидный кусок белка», — говорит Купс.

Если Alchornea hirtella не удаётся найти, шимпанзе делают инструменты из других растений, но, по-видимому, только после тщательных поисков предпочитаемого материала.

Предыдущие исследования показали, что шимпанзе выбирают более длинные инструменты для более быстрых и агрессивных видов кочевых муравьёв. Средняя длина инструмента для «погружения» в исследовании составила 64 см, но некоторые достигали 76 см.

По мнению Купс, ключевой вопрос — в культуре животных: как шимпанзе приобретают знания о таких сложных техниках?

«Учёные пытаются исключить простые экологические и генетические объяснения различий в поведении между группами, например, в использовании орудий, и свидетельства всё сильнее указывают на культурную природу этих различий. Вероятно, они учатся использовать инструменты у матери и других членов группы в молодом возрасте», — считает Купс.

Исследование в горах Нимба в Гвинее было сложным, так как шимпанзе не были привычны к людям. Команда действовала почти как археологи, изучая разорённые муравейники, измеряя брошенные инструменты и «просеивая фекалии в поисках муравьиных голов».

Для дальнейшего изучения этих неуловимых существ Купс установила камеры, чтобы снять обширные видео использования инструментов. На одном из них запечатлён шимпанзе, который смастерил инструмент, чтобы исследовать саму камеру — он осторожно тыкал в неё, а затем обнюхивал конец орудия.

Следующие этапы проекта будут включать изучение социальных возможностей для обучения: сколько времени молодые особи проводят рядом с другими, сколько — с матерью, а также врождённой склонности исследовать предметы.

На видео из леса Калинзу в Уганде, где Купс проводит сравнительные исследования восточноафриканских шимпанзе, самец, кажется, с завистью наблюдает за самкой, которая сделала гораздо лучший инструмент для погружения и обильно пирует. Такое наблюдение за другими особями может приводить к обучению внутри сообщества.

«Изучая наших ближайших живых родственников, мы заглядываем в эволюционное прошлое, что позволяет пролить свет на происхождение человеческих технологий и материальной культуры», — добавляет Купс.