Пальмовое масло не обязательно менее устойчиво, чем другие масличные культуры
Пальмовое масло по своей природе не плохое, а оливковое — не хорошее, утверждают ученые-экологи в статье-мнении, опубликованной в Cell Reports Sustainability.
Они утверждают, что индустрию растительных масел преследуют нарративы и мифы о разных типах масличных культур, но реальность гораздо более нюансирована.
Почти все масла — включая соевое, оливковое, кокосовое и кунжутное — в определенных контекстах связаны с проблемами биоразнообразия и прав человека, в зависимости от методов ведения сельского хозяйства и цепочек поставок. Исследователи призывают к большей прозрачности и регулированию, чтобы потребители могли делать осознанный выбор.
«Не сельскохозяйственные культуры уничтожают леса и другие биологически разнообразные места обитания; это делают люди», — говорит автор, эколог Эрик Мейярд из Borneo Futures и Университета Кента. — «Мы хотим внести больше нюансов в дискуссию о растительных маслах, чтобы потребители осознавали, что в этом нет ничего простого».
Пальмовое масло было демонизировано в странах Глобального Севера из-за опасений по поводу вырубки тропических лесов и уничтожения мест обитания орангутанов. Исследователи считают, что эти опасения оправданы, но другие масличные культуры могут наносить не меньший экологический ущерб.
Например:
- Производство сои привело к массовой вырубке лесов в Южной Америке и связано с крупномасштабным использованием пестицидов и связанными с этим проблемами здоровья людей.
- Сбор оливок ежегодно убивает миллионы гнездящихся птиц.
- Производство кунжута связывают с нарушениями прав человека в Южном Судане и Эфиопии.
Производство пальмового масла также не всегда плохо. Мелкие фермеры в Центральной и Западной Африке, выращивающие культуру для собственных нужд, используют около 18% земель, отведенных под масличную пальму в мире, но это традиционное возделывание часто упускается из глобальной статистики. Кроме того, повышенное внимание к пальмовому маслу за последние два десятилетия привело к ужесточению регулирования и сертификации в отрасли.
«На индустрию пальмового масла было оказано столько давления с целью улучшения практик устойчивого развития, что это подтолкнуло часть (хотя, конечно, не всю) индустрию в гораздо лучшем направлении», — говорит Мейярд.
Исследователи признают, что делать осознанный выбор при покупках сейчас очень сложно из-за отсутствия прозрачности и прослеживаемости в индустрии растительных масел.
«Непрозрачные цепочки поставок в отрасли означают, что даже если вы хотите знать, каково реальное влияние вашего потребления, вы не можете этого сделать», — говорит Мейярд. — «Вы должны иметь возможность подойти к продукту с мобильным телефоном, навести на QR-код, и он должен сообщить, соответствует ли производство этого продукта вашим ценностям. Технологии уже существуют; вопрос лишь в том, как масштабировать их экономически эффективным способом».
Повышение прозрачности в отрасли потребует изменений в международной политике и регулировании. Исследователи также подчеркивают важность создания стимулов для поощрения бизнеса, отвечающего высоким стандартам устойчивости и прослеживаемости.
«Мы также призываем к большей роли СМИ и инфлюенсеров в том, чтобы помочь донести до людей нюансы, которых они заслуживают. Нам нужно быть гораздо лучше информированными о компромиссах в любых этих поляризованных дебатах, которые ведутся вокруг растительных масел».