Пандемии быстро меняют эволюционный и экологический ландшафт и имеют каскадные социально-экономические последствия

Пандемии растений, как и человеческие, связаны с наступлением антропоцена и начали появляться с ростом взаимосвязанного мира. Одни из первых зафиксированных вспышек патогенов были связаны с пшеницей, о чём писали римляне (2100–1950 лет назад). У римлян даже был бог/богиня ржавчины (Робиг/Робигина), и проводились празднества, чтобы предотвратить уничтожение урожая. За последние 200 лет число и тяжесть болезней растений возросли экспоненциально. Когда патоген распространяется глобально, его искоренение становится почти невозможным.

Правительственные планы по борьбе с пандемиями растений сосредоточены на профилактике, реагировании и восстановлении. Однако, хотя много усилий тратится на изучение возникновения патогенов, меньше сделано для распознавания общих признаков пандемий в популяциях. Это поднимает вопрос: каковы будут экологические и культурные последствия следующей пандемии, подобной фитофторозу каштана или COVID-19?

Параллели между COVID-19 (вызван коронавирусом SARS-CoV-2) и фитофторозом каштана 1904 года (вызван грибком Cryphonectrica parasitica, Ascomycota) поразительны:

• Оба, вероятно, возникли в Юго-Восточной Азии и были занесены через международные сети.
• Оба быстро распространились по Европе и Северной Америке, вызывая спектр заболеваний от лёгких до смертельных.
• В США оба впервые опустошили регион Нью-Йорка.
• В обоих случаях первыми погибали наиболее ослабленные особи, так как патоген блокировал сосудистую сеть.

Фитофтороз каштана стал первой великой экологической катастрофой для лесов мира. Американский каштан, доминирующий вид от Мэна до Джорджии, исчез за 40 лет, хотя существовал 40 миллионов. Гриб поражает камбий и сосуды, опоясывая ствол и перекрывая поток питательных веществ. Хотя корневая система может выжить, дерево погибает. Каштан существует до сих пор, но лишь в виде побегов, которые гибнут, едва достигнув размера саженца.

Пандемии напоминают, что экспоненциальный рост высокотрансмиссивного патогена может быть непреодолим. Они быстро меняют эволюционный и экологический ландшафт, оказывая каскадное воздействие на социальные и экономические системы. Это наглядное проявление силы естественного отбора, который может действовать стремительно, приводя к массовой гибели и адаптации.