Запрет пестицидов может не спасти пчёл

В Австралии растёт общественное давление с требованием запретить продажу пестицидов-неоникотиноидов из-за их вредного воздействия на пчёл.

Сеть магазинов Bunnings прекратит продажу бренда пестицидов Confidor для дома и сада к концу 2018 года.

Неоникотиноиды, наряду с фипронилом (ещё одним системным инсектицидом, который также обвиняют в гибели пчёл), широко используются в Австралии на основных культурах, таких как кукуруза, рапс и хлопок.

На их долю приходится до 30% мировых продаж инсектицидов. Остановит ли запрет этих инсектицидов сокращение численности пчёл во всём мире?

Клещи и болезни

Численность насекомых сокращается. Недавнее исследование показало 80%-ное снижение численности летающих насекомых, включая бабочек, мотыльков и диких пчёл, в немецких природных заповедниках. Это вызывает вопросы о влиянии крупномасштабного интенсивного сельского хозяйства.

Синдром разрушения пчелиных семей (colony collapse disorder), при котором рабочие пчёлы резко исчезают из ульев, значительно участился в период до 2013 года, особенно в США и Европе. Это вызвало международную озабоченность и привело к запрету неоникотиноидов и фипронила Европейским союзом в 2013 году.

Однако, по данным Австралийского управления по пестицидам и ветеринарным лекарствам (APVMA), в Австралии не зарегистрировано случаев синдрома разрушения пчелиных семей. Почему?

Мы не до конца понимаем причины коллапса пчелиных семей, но, вероятно, виновником является клещ Varroa и передаваемые им смертельные вирусы. Этот паразит питается личинками и взрослыми пчёлами, и его обвиняют в заражении огромного количества пчёл несколькими вирусами, включая вирус деформированного крыла (deformed wing virus).

В отличие от остального мира, австралийские медоносные пчёлы всё ещё свободны от клещей Varroa. Обследование CSIRO 1240 ульев по всей Австралии показало, что вирус деформированного крыла также отсутствует. Отсутствие как клеща, так и переносимых им вирусов может объяснить, почему коллапс пчелиных семей (пока) не наблюдается в Австралии.

Пестициды и фунгициды

Хотя есть явные доказательства вреда пчёлам от использования неоникотиноидов и фипронила (особенно из-за сноса при применении), их роль как прямой причины коллапса семей не доказана.

И хотя они могут быть вредны, неоникотиноиды не обязательно являются самой большой химической угрозой для пчёл. Возможно, удивительно, но фунгициды представляют по меньшей мере такую же значительную угрозу.

Одно исследование показало, что пчёлы, потребляющие пыльцу с высоким уровнем фунгицидов, с большей вероятностью заразятся патогеном Nosema. Другое исследование показало, что наличие фунгицида хлороталонила было лучшим предиктором заболеваемости Nosema у четырёх сокращающихся видов шмелей. Более того, токсичность неоникотиноидов для медоносных пчул удваивается в присутствии обычных фунгицидов.

Это не означает, что австралийские пчёлы в безопасности или что неоникотиноиды не вредны. В Австралии насчитывается более 5000 видов местных пчёл, и исследования показывают, что основное воздействие неоникотиноидов оказывается на диких пчёл, а не на медоносных пчёл в ульях. Сочетание широкомасштабного использования множества агрохимикатов, потери разнообразия растений и среды обитания, а также изменения климата представляет серьёзную угрозу как для диких, так и для домашних пчёл.

И если клещ Varroa и переносимые им вирусы попадут в Австралию, последствия для местных медоносных пчёл могут быть катастрофическими.

Запрет пестицидов влияет на фермеров

Запрет инсектицидов в ЕС оставил европейских фермеров практически без альтернатив. Опросы 800 ферм по всему ЕС показывают, что фермеры адаптировались, увеличив использование других инсектицидов, особенно синтетических пиретроидов, а также изменив графики посадки, чтобы избежать вредителей, и увеличив нормы высева для компенсации потерь. Большинство фермеров сообщили об общем увеличении потерь урожая, затрат на защиту растений и времени, необходимого для борьбы с вредителями.

Запрет фипронила и неоникотиноидов создаст аналогичные серьёзные проблемы для австралийских фермеров, увеличив затраты и снизив эффективность защиты растений. Как и в Европе, они потенциально увеличат использование синтетических пиретроидов, фосфорорганических соединений и карбаматов, многие из которых ещё более вредны для пчёл и других насекомых.

Зависимость от более ограниченного набора инсектицидов также может усугубить проблему устойчивости к инсектицидам и дестабилизировать усилия Австралии по балансированию управления резистентностью, борьбы с вредителями и сохранения полезных насекомых.

Дальнейшая разработка этих сложных стратегий борьбы с вредителями с акцентом на использование менее вредных альтернатив, таких как микробные и биологические средства контроля, предлагает путь к более эффективному долгосрочному решению проблемы сокращения численности насекомых и здоровья пчёл.

Запрет неоникотиноидов может порадовать активистов, но, возможно, не спасёт пчёл.